Патологоанатомы яблоки на трупах не грызут

Наверное, никто не хочет, чтобы его имя, его профессия ассоциировалась у людей со словом «смерть». Тем более странно звучит словосочетание врач-патологоанатом. Врач, который имеет дело с мертвыми... В чем смысл этой медицинской специальности? Кто и зачем ею занимается? Рассказать об этом согласилась патологоанатом, кандидат медицинских наук, Ирина Кострова.

- Ирина Владимировна, начнем с фольклора. Говорят, что патологоанатом - это, как правило, хирург, который так и не научился лечить живых?

- У нас люди встречаются разные, но немало таких, кто с первого курса института стремился попасть именно в эту профессию. А насчет высказывания, которое вы привели, то это слова либо очень предвзятого человека, либо того, кто ничего не понимает в медицине вообще.

В патанатомии работают очень знающие люди, поскольку сама работа предполагает наличие у врача весьма обширных знаний в самых разных областях медицины. Другое дело, что наша работа, скажем так, неэстетична, что вполне может сформировать у людей со стороны необъективное к ней отношение.

Кстати, то, что врач-патологоанатом имеет дело только с умершими, тоже неверно. Патанатомия делится на две большие и взаимосвязанные части. Первая - это исследование биопсий (кусочков ткани, гинекологических соскобов и так далее, взятых у больных, у живых людей).

Биопсии исследуются для того, чтобы обнаружить и охарактеризовать различные опухоли, специфические воспаления, которые могут быть у пациента. И от нашего диагноза во многом зависит тактика лечения больного, а если речь идет об операции, то мы помогаем точнее определить ее объем: удалять человеку, например, весь орган или только его часть.

Не так давно к нам направили биопсию мужчины с диагнозом рак гортани. Нам удалось установить, что у него не онкология, а туберкулезное поражение, и никакой операции проводить не нужно. Так, что считайте, что человек с нашей помощью миллион долларов выиграл...

Вторая часть нашей работы связана с тем, чтобы в случае смерти человека на секции (вскрытии) определить, во-первых, точную причину гибели; во-вторых, правильность поставленного диагноза лечащим врачом; в-третьих, верно ли было проведено лечение.

Иногда, только прочитав историю болезни, мы уже знаем, что на вскрытии могут быть расхождения в диагнозе. Далее мы либо подтверждаем свои догадки, либо опровергаем их. Иными словами, мы последняя инстанция в медицине, и по итогам нашей работы мы как бы выносим «последний вердикт» как работе лечащего врача, так и жизни умершего пациента. Хотя в большинстве случаев мы можем поставить верный диагноз только в тесном сотрудничестве с врачами-клиницистами.

- Велик ли процент ошибок в постановке диагноза врачами-клиницистами?

- Так ставить вопрос некорректно. Дело в том, что существует три категории расхождения в диагнозах. Первая - это, когда поставить верный диагноз было невозможно по объективным причинам. Либо по причине очень короткого пребывания в больнице, либо из-за тяжелого состояния больного.

Ведь, если человек поступил в клинику без сознания, то с ним никаких контактов нет и он может умереть прежде, чем сделают необходимые анализы. Вторая категория делится еще на восемь подпунктов, среди которых и объективные причины, и переоценка мнения консультантов, и неправильное построение диагноза, чем грешат многие врачи, и так далее.

- Что значит «неправильное построение диагноза»?

- Диагноз должен быть логичен. На первом месте пишется основное заболевание, затем осложнения и заболевания сопутствующие. Лечащие врачи нередко совершают ошибки именно в определении основного заболевания, поскольку оно может быть комбинированным. Могут быть две конкурирующие болезни, или два заболевания, которые сами по себе не смертельны, но в совокупности приводят к гибели больного.

И, наконец, третья категория расхождений - это ошибки врачей, которые приводят к смерти больного. Но такое случается редко. А в повседневной работе мы все обнаруженные расхождения в диагнозах, все сомнения стараемся решать в пользу лечащих врачей. Конечно, не тогда, когда речь идет о чем-то принципиальном.

Если мы находим расхождение по третьей категории, то разбор этого случая происходит сначала на уровне больницы, а затем на уровне города. В результате врач, допустивший ошибку, может быть ощутимо наказан по административной линии вплоть до лишения диплома.

- Вы видите результаты вашей работы?

- Конечно. Это снижение количества ошибок лечащих врачей. К сожалению, не все они приходят к нам на вскрытия, но многие ходят постоянно, а в экстраординарных случаях собираются просто все. Вообще в плане диагностики патанатомия здорово ставит мозги на место.

Нас нередко вызывают к постели больного для консультации и помощи в постановке диагноза. И если удается уберечь больного от неверного лечения или врача от профессиональной ошибки, то это приносит настоящее удовлетворение. Другими словами, работа патологоанатомов, в конечном счете направлена на то, чтобы излечивать больных, как работа и в других областях медицины.

- В некоторых западных странах врачей-реаниматологов меняют каждые три года, чтобы они не привыкали к виду смерти. Что же говорить о вашей профессии...

- Вы хотите спросить, не возникает ли у нас в процессе работы циничного отношения к смерти вообще?

- В кинофильмах если патологоанатом появляется в кадре, то обязательно в помещении морга с яблоком в зубах.

- Могу добавить к этому клише еще одно: все патологоанатомы - хронические алкоголики. Но правда всегда и проще и сложнее. Да, есть и такие, что цинично относятся к смерти и к мертвым. Но вряд ли их наберется хотя бы тридцать процентов.

Алкоголизм, равнодушие, цинизм - все эти вещи, прежде всего, зависят от климата, который сложился в отделении и от его руководителя. Рыба тухнет с головы - это правда. Но очень многое зависит от самого человека, от его личных качеств. Знаете по поговорке «Свинья грязи найдет».

С другой стороны постоянное столкновение со смертью вызывает защитную реакцию человеческой психики: начинаешь смотреть на жизнь несколько отстраненно. Если же зацикливаться на умерших, постоянно думать об этом, о том, что вот тот-то был таким молодым, а этот так страдал перед смертью, то можно самому в уме повредиться.

Возможно, поэтому у нас в отделении работают довольно веселые люди. Стараемся чаще шутить, но не над погибшими, а над собой, над родом своей деятельности.

Что касается эмоций, то когда я раньше работала в терапевтическом отделении, то психологическая нагрузка была гораздо тяжелее. В этом смысле, я, наверное, и есть неудавшийся терапевт. Вероятно, мешала моя гиперответственность, поскольку каждый мой больно становился мне чуть ли не родственником. Так работать врачом невозможно.

В результате постоянного напряжения на работе, я оказывалась дома, в семье совершенно без сил. Но в этом виноваты не только мои личные качества, но и общая неустроенность нашей медицины.

Почему больной становится тебе родственником? Вовсе не потому, что ты душевными разговорами пытаешься компенсировать свою профессиональную несостоятельность. А потому, что тебе приходится по нескольку раз в день выступать в роли ходатая, просителя за каждого больного.

Ты ходишь и просишь, просишь, просишь как за близкого человека, чтобы тому быстрее сделали анализы, вовремя поставили укол и еще за сотни мелких бытовых проблем, которыми ты, как врач, при хорошей организации труда вообще не должен заниматься никогда.

Сейчас, я не могу сказать, что вскрытие тела для меня стало совершенно обыденным моментом. Я не в состоянии привыкнуть к виду трупа. Гинекологам часто задают вопрос, как они относятся к абортам? Любой нормальный врач вам ответит, что он каждый раз испытывает ужас и страх от того, что делает.

Но не делать этого он тоже не может, потому что тогда женщина может навредить себе еще больше. Так же и я должна делать свою работу. Однако при неординарных случаях я забываю о том, что передо мной бывший человек, забываю о запахах, о прочих малоприятных вещах, и тогда тело становится для меня материалом для исследования.

- Думаю, эти слова вызовут весьма противоречивые чувства у читателей.

- Люди должны знать, что каждый человек, умерший в больнице, подвергается вскрытию. Особенно, если были проведены какие-то оперативные вмешательства при лечении. Для чего это делается, мы уже говорили.

К сожалению, случается, что сами лечащие врачи, заранее подозревая свои ошибки, уговаривают родственников забрать тело без вскрытия. На мой взгляд, занятие бессмысленное. Зачем тогда быть врачом, если не признавать и не понимать собственных огрехов и не пытаться избавиться от них?

Беляков Андрей
Восемь советов для тех, кто хочет вести здоровый образ жизни Восемь советов для тех, кто хочет вести здоровый образ жизни Психотерапия
Практические советы для тех, кто стремится к здоровому образу жизни и желает стать идеальным человеком.
Витаминная заготовка из шиповника - необычный рецепт Витаминная заготовка из шиповника - необычный рецепт Ваше здоровье
Отличное витаминное и общеукрепляющее средство!